Понимание конкретики свойств категорий «композиция», «масштабность» и др. как результата взаимодействия разных уровней их проявления приближает нас к современной трактовке профессиональных особенностей процессов гармонизации в средовом проектировании.

Как утверждает теория, ГАРМОНИЗАЦИЯ ПРОИЗВЕДЕНИЯ ИСКУССТВА, отраженная рядом специфических проектных решений (повторяемость ведущих элементов, их соподчиненность между собой, единый для всех принцип пропорционирования, уравновешенность сложившейся системы), есть, в конечном счете, «обратный отсчет» от прямых действий по формированию композиционной структуры этого произведения (где явственно различимы приемы деления форм среды на главные и подчиненные, уравновешенное выстраивание этих соподчинений вдоль разного рода пространственных осей, подробное артикулирование «тем», образующих композиционную «идею» целого). Только, как и в математике, «обратные» действия оказываются много сложнее, чем прямые. Из-за чего приходится рассматривать эти феномены творчества совместно, все время перемежая термины и действия, относящиеся к явлению «гармонизация», с их аналогами из раздела «композиция».

Напомним некоторые понятия, описывающие категорию «гармонизация» с позиций последней трети прошлого века. Согласно им объект — композиция, подлежащая уточнению — должна быть выделенной из окружения, легко воспринимаемой и внутренне обусловленной, т.е. ощущаться как целостность. Или, поскольку речь идет о среде, иметь четко выраженную в ее пространственной и дизайнерской организации визуальную «идею». И тогда составляющие ее элементы — «темы» — могут вступать в особого рода отношения, подчиняясь законам «повторяемости» близких форм в разных частях целого, «соподчиненности» форм между собой (согласно принципам, заложенным в «идее»), «пропорциональной согласованности» геометрических построений, и «уравновешенности» впечатлений от частей и целого. Что приводит к появлению в сознании зрителя взаимосвязанной общности единичных ощущений — гармоничности.

Однако эти положения, подсознательно отражавшие господствовавшую некогда точку зрения о безусловной нацеленности чувства гармонии на положительный эмоционально-психологический заряд, в принципе комфортный для пользователя среды, сегодня приходится пересматривать.

Во-первых, претерпело изменения понятие «целостность», утратив свой формально-композиционный посыл — его поколебали новые реальности существования средовых ситуаций (например, динамичность и даже мобильность функционального содержания). Из-за чего известное определение Андреа Палладио «здание должно походить на цельное и вполне законченное тело, в котором каждый член соответствует другому и все члены равно необходимы для целого» — потеряло универсальность. И для среды оно будет звучать иначе: средовой объект должен выражать функционально-чувственные идеи своего существования и назначения, и только полнота и предельная выразительность их воплощения определяет ощущение его целостности. Условно говоря, центр тяжести в понятии переносится с описания совершенства формы на ее эффективность: объект должен выполнять свое предназначение, даже если он не очень красив, ибо красота тела без красоты его деятельности не имеет смысла.

You may also like

This website uses cookies to improve your experience. We'll assume you're ok with this, but you can opt-out if you wish. Accept Продолжение