Московская церковь Знамения

446

Московская церковь Знамения на Шереметевом дворе, близкая по внешнему облику церкви в Филях, имеет с запада трапезную, а с востока — апсиду и два придела, что обусловило расположение ее боковых глав одной — с запада и трех — с востока. Маленькую трапезную и трехчастный алтарь имела церковь подмосковной усадьбы в селе Софрино, отличающаяся наличием двух световых восьмериков под колокольней. Но чаще такой план совмещался в городских приходских и монастырских церквах с ярусным башнеобразным верхом без колокольни. Не имеет колокольни наверху и стоящая несколько особняком церковь Знамения в подмосковной вотчине князя Б. Голицына в Дубровицах с аналогичным церкви в Уборах центрическим с трехлепестковыми апсидами планом и низким гульбищем, но она отличается чрезмерным богатством внешнего и внутреннего убранства, сплошной облицовкой фасада белым камнем и необычайной для русских храмов статуарной скульптурой не только снаружи, по и внутри храма. Противоположны русским башенным церквам композиционные принципы этого храма, где верхний ярус башни более массивен и тяжел, чем нижний, а над низко расположенными окнами апсид высится массивная рустованная стена. Все это роднит Дубровицкую церковь с западноевропейским барокко. Этому же отвечает атектоничность и необычайная сложность аттиков, венчающих нижний ярус, слитность вертикальных членений, сплошь покрытых в завершении башни орнаментом, а в нижнем ярусе рустовкой.


В конце XVII в. было построено несколько храмов с восьмилепестковым планом. Один из них, как церковь Петра Митрополита в московском Высокопетровском монастыре, имеет в нижнем ярусе по странам света четыре большие апсиды и четыре меньшие диагональные. Этому отвечают разные ширины граней возвышающегося над ними восьмерика. Снаружи апсиды сопрягаются между собой под тупым углом, чему соответствует такая же слитность внутреннего пространства, обусловленная отсутствием резких границ между апсидами и средней частью и переходом от низа к восьмерику, стоящему на консолях, вырастающих из стенок между апсидами и переходящих в арки под гранями восьмерика. Все это наделяет интерьер храма слитностью и динамичностью, родственной архитектуре барокко.

Такая же восьмиапсидная центрическая церковь усадьбы Волынское была проще по своей композиции и имела одинаковые апсиды, расположенные вокруг равностороннего восьмерика. Обработка фасадов этих построек очень проста — карнизы — антаблементы каждого яруса, лопатки на углах восьмериков и профилированные рамки больших прямоугольных проемов. Такая простейшая обработка фасадов, свойственная и церквам подмосковных сел Курова, Рождествена, Петровского-Дурнева, верхнему этажу царских палат Саввина-Сторожевского монастыря и др., была удобна для наружной живописи, покрывавшей и апсиды ярославских церквей Иоанна Предтечи в Толчкове и Петра и Павла на волжском берегу, стены трапезных московского Симонова и Троице-Сергиева монастырей и задний фасад московских палат Троекурова. Такую же фасадную роспись имеет и церковь Петра Митрополита. Обрамление дверных проемов, особенно сандрики, напоминает белокаменное обрамление окон церкви в Уборах, Сольвычегодского Введенского собора, Рождественской церкви в Нижнем Новгороде и некоторые мотивы в иконах и фресках второй половины XVII в. Имели ли первоначально эти восьмиапсидные церкви над- карнизные фигурные аттики, сейчас сказать трудно.

Иногда восьмилепестковая форма плана придавалась и маленьким зданиям, вроде Черниговской часовни близ Переславля-Залесского, но в часовнях применялась и обычная форма восьмерика на четверике, как в надкладезной часовне Троице-Сергиева монастыря, выделяющейся своим пышным убранством.