Романтические представления и эмоциональная связь с окружающей средой

931

Раньше жилище считалось хорошим, если давало защиту от дождя, было достаточно просторным, прочным. Плохим считалось то, что не обеспечивало защиту от непогоды, оказывалось слишком мало или плохо построено.

Теперь дома оказывались хороши, если относились к разряду фешенебельных, то есть построенных по последней моде. Наступило время, когда небольшой мог считаться стоящим, если он вызывал не только у проживающих, но и у стороннего наблюдателя ощущение эмоционального комфорта. При описании дома слово эстетического направления — красиво — постепенно отходило на задний план, уступая позиции словам, которые указывают на моральную сторону — достойный и правильный.


Дома перестают быть отражением только тех, кто в них живет: правильная архитектура постройки должна была пропитывать своих жителей правильными мыслями. Так, например, в 1776 году одна американка, которая бойкотировала ткани, ввозимые из Британии, и одевала семью в домотканую одежду, сумела выразить личный патриотизм через выбор дома.

«Человек, у которого есть дом, представляющий комфорт в соответствии с личным вкусом, ощущает любовь к нему, благодарность за обладание им и соответствующую решимость к его поддержанию и защите… такой человек, без сомнения, является хорошим гражданином», — писал издатель строительного журнала из Филадельфии в 1860-х годах.

К тому времени американская журналистика уже имела полувековой опыт описания домов знаменитостей, проводя подстрочно идею связи успешности звезд с обстановкой, в которой они живут. Это была демократическая интерпретация романтической идеи о том, что дом является физическим выражением души своего хозяина.

Однако стиль, который стал крайним выражением американизма, сначала вызывает некоторое изумление. В начале XIX века английский стиль, открытый археологами и известный как греческое Возрождение, являющийся синтезом элементов построек дорического и ионического стиля, довольно часто использовался при строительстве общественных зданий. Примером могут служить музеи (Британский музей и Национальная галерея), театры (Ковент-Гар- ден) и некоторые правительственные здания.

Только изредка этот стиль использовали для строительства частных резиденций, поскольку среди архитекторов бытовала идея о том, что фасады таких домов слишком малы, чтобы нести подобную стилистическую нагрузку. В США греческий Ренессанс был принят сразу, как только его стали использовать в Британии: для общественных зданий, таких как Капитолий в Вашингтоне (1803), а после войны 1812 года его начали использовать очень широко. В этом стиле был заново отстроен Белый дом после пожара, устроенного англичанами в период кратковременного захвата города.

В мирное время произошла полная ассимиляция стиля греческого Возрождения, и его больше не воспринимали как типично британский. Граждане североамериканской республики видели себя прямыми наследниками греческой демократии, а потому портики, колоннады, белые фасады зданий греческого Возрождения воспринимались как воплощение американского патриотизма.

Дома, выстроенные в этом стиле, олицетворяли понятие американской успешности. Хотя символика и стилистическая привязка к местам зарождения демократии оказались весьма желанными, но причины столь быстрого и легкого распространения стиля греческого Возрождения в Штатах весьма прагматичны. Классические мотивы — портики, колонны, фронтон — было очень несложно добавить к уже существующим зданиям. Соответственно это оказалось достаточно недорогим способом для того, чтобы старое обрело более современный вид. Романист Джеймс Фенимор Купер мягко посмеивался над этой тенденцией, над тем, что остроконечные крыши старых домов переделывали во имя греческой простоты. Мода подменяла практичность, хотя снег скапливался на плоских греческих крышах, которые совсем не годились для американского климата.

Заимствование архитектурного стиля с целью выражения патриотической идеи стало чисто американским феноменом.

Так как индустриализация привнесла в жизнь неуверенность и перемены, многие страны сумели выработать собственный стиль, включив в него серию символических возвратов. Обычно заимствования осуществлялись из периода, имидж которого хотелось повторить, поскольку в нем было то, в чем ощущался недостаток в современности.